nadiashiba

Categories:

Трио на колесах, или девчачий марш. Второй день.Когда Москва не хочет с вами расставаться.

               ВТОРОЙ ДЕНЬ.
                КОГДА МОСКВА НЕ ХОЧЕТ С ВАМИ РАССТАВАТЬСЯ
 

Мы сложили вещи в кучу и  решали, как перекинуть их в сторону такси. Первоначально план был такой: сразу на  вокзале  собираем  велосипеды,   едем на Киевскую дорогу и так  далее. Но  масса  народу и круговорот транспорта заставил нас передумать.  Валентина  озабоченно  оглядывается. 

Иринка оттаскивает Маркиза  от  лужи, куда  тот   рвется.
-Давай, Надежда,  попробуй  найти  транспорт. В   этой очереди на такси нам  до  вечера  придется стоять,-кивает Валентина на длинную, извилистую  очередь людей с чемоданами. Иринка  привязывает   к рюкзаку Маркиза, вытягивает канистру и  смотрит, что с ней. А в  ней  ничего  нет. Пусто. Я  фыркаю. Столько было забот, и  ради  чего? Пока  прохожу очередь, у меня падает настроение. Разве тут уедешь? Когда дохожу до  конца  очереди,  ко мне подходит мужчина:
-Куда ехать?

-На Киевскую.
-Не подходит.
Я смотрю ему в след. Ага, вот  как  надо. Через   минуту еще один меня заметил.
-Куда?
-На Киевскую.
-Тридцать рублей.
Я даже на мгновение речь потеряла, а мужик знай  усмехается. У меня зарплата сто сорок рублей. И  тридцать рублей-большая потеря. Но очередь. Мужчина снова усмехнулся, глядя, как я в задумчивости оглядываю массу людей с сумками и чемодами.
 -Ну, хорошо,-решаюсь я,-только у нас три  велосипеда и три рюкзака.
-У меня багажник на машине,-показал мужчина  на    "жигули".
-Ладно, подгоняйте машину вон к той куче рюкзаков,-и я побежала к девчонкам.
Валентина озабоченно спрятала деньги поближе в  карман.
-Надежда, его рвет,- Иринка держит  Маркиза  за   холку и жалобно на меня смотрит.
Господи, вот забота.
-Ты как дите, Иринка, вытри скорей ему морду, а то шофер заартачится,-прорывается мое раздражение.
-Вот и возись со своей собакой.
-Тише, девочки,-остановила нашу перебранку  Валентина,-здесь не Первоуральск.
Шофер поставил машину точнехонько против  нашей  кучи-горы. Мы ему подавали, а он обвязывал  веревками рюкзаки, колеса и рамы. Уселись, облегченно вздыхая и улыбаясь. Шофер потрепал Маркиза:
-У меня дома такой-же.
Пуделек встал Иринке на колени грязными  лапами   и гордо уставился в  окно. Он  отлично  усвоил,   что эта дивчина потакает  всем  его  слабостям.
Поехали. Шофер с интересом выспрашивал, а Валентина с достоинством отвечала, что и как думают
на Урале. Потом он пересказал московские сплетни -про  Кремль, про  политиков. Интересно, что   когда мы ехали  обратно  домой, другой  таксист  точно также рассказывал точно такие же сплетни.
Я слушала краем уха и следила  по  карте, когда  начнется поворот на  Ленинские  Горки. Вот  он,   поворот, и знак, извещающий об этом.
-Пожалуйста, нас высадите,-прервала я  оживленный разговор. Водитель с неодобрением снял  наши узлы и ошеломленно покрутил головой:
-Ну, девчата, вы даете!
Развернулся и рванул обратно.
Иринка съехидничала:;
 -А сумму не сбавил, пройдоха.
Мы остались с горой вещей. У меня мелькнула дельная мысль:
 -Валентина, давай с Иринкой вывали все из рюкзаков, сложите аккуратно, все нужное  повыше. За  одно увидите, что забыли. Успеем в магазине купить.
-Хлеба надо купить, сарделек...
-Нож, хоть один.
-Ой, девчонки,- ахнула  Иринка,-я  ведь  хотела    платье не мнущееся взять, чтобы гулять по Киеву.
-Доехать еще надо,-остудила ее пыл Валентина.
Мы находились рядом с шоссе, вдоль него-широкие   полосы  аккуратной  травки, дальше  многоэтажки
создавали четкий силуэт большого города на фоне  неба. Простор и свежесть, несмотря на  близость
дороги.
Мы начали неторопливо, но и не  прохлаждаясь,  работать.У меня была одна забота-настроить  велосипеды. Вся механическая часть лежала на мне.  Не потому, что я такая умная. Просто  работа  в   механическом цехе аставила  меня  знать  то, о  чем в другое время  и  не  подумаешь. Должность  технолога-нормировщика  дала  мне  практические   навыки работы на станках.  А  дружба  с ребятами из слесарного участка обеспечивала мою  потребность в подшипниках,  патрончиках,  сверлах,
плашках и прочем, что необходимо  в  хозяйстве.  В том числе и в запчастях для этого похода. 

Поэтому, вздохнув, я начала  сборку  велосипедов. Рама, педали, забивка штифтов...Теперь  колеса.
-Иринка, иди держи колесо. Попрямее. Да не дави  на  меня.  Оттягивай. Погоди, покручу. Еще  тяни.  О, черт, кто держит за спицы.
-Ты мне пальцы оторвешь.
-С такими руками они тебе не понадобятся.
-Надежда,-у Валентины не хватило  выдержки слушать нашу перебранку,-давай я подержу.
Иринка, бурча, вернулась к рюкзакам и стала жаловаться Маркизу:
-Держи, тяни, ах, ох...Механик липовый.
Мы с Валентиной собрали за один час один  велосипед и опробовали его. Ничего, все  нормально. И смазки ушло немного. Иринка за это время уложила рюкзаки  и уже забыла все свои обиды:
-Валентина, дай мне денег. Съезжу-ка я в центр.  В  общем, хлеб, нож, газеты  и   что  попадется   вкусненькое.
-Возьми схему метро.
-Она есть в каждом вагоне. Сориентируюсь.
-Карту возьми.
-Не умею я по ней. Я лучше спрошу.
Валентина заулыбалась:
-Тебя, Иринка, можно в Киев с одним языком  отправлять.
-И с деньгами,-засмеялась  та,-не  пропаду. Ну,  пока.
Мы проводили глазами голубой костюмчик  подружки, вприпрыжку бегущей на остановку, и  продолжили возню с велосипедами. Собрали второй. Все го за сорок минут. Потом  третий. Еще  быстрее. Навесили рюкзаки на багажник, привязали к раме.   Валентина села на свой велосипед. Я  поддержала   ее за седло, и она попыталась проехать немного.
М..да! Дома не пробовали ездить на груженом велосипеде, и сейчас убедились в своем  бессилии.  Двухколесная  машина попросту валилась на  бок.  Валентина пробовала еще и еше. Ее  черный  костюм стал рыжим на коленках. Но укротить велосипед она не смогла. 

Тогда  села  я. И  свалилась   вместе с велосипедом. Рюкзак не давал  сил  выползти из-под рамы, и Валентина испугалась, как
бы я себе чего-нибудь не повредила.
-Вот, черт,-выругалась она.
-Мы что-то не так сделали.
Я села перед рюкзаком, потом приподняла его. Он   весил килограмм 20. И не стоял, а падал.
 -Смотри, Валентина, рюкзак и один не стоит. Вот  почему и велосипед валится. У нас центровка не правильная.
 -Посмотрим,-и она снова выпотрошила  рюкзак.
Мы внимательно просмотрели содержимое. Так. Запчасти железные, банки консервные-на дно. Получается, что  самое  нужное-вниз. Одежду-наверх.
-Ну-ка, держи меня,-Валентина снова села в седло. Осторожно поехала.
-Не держи, пускай. Еду, еду! Нормально!
Она сделала широкий круг по траве:
-Хорошо сейчас. Он даже устойчивей стал, чем пустой.Вся тяжесть на уровне ступицы, вот и  равновесие стало держаться.
Надо сказать, что потом, уже в Первоуральске,  получая в багажном отделении пустые велосипеды,  мы с трудом к ним  приноровились. Легкий  велосипед крутился, как необъезженный конь. Вот  уж  не знаешь, где потеряешь. Собрали остальные рюкзаки, проверили. Ездить можно. Тут  только  мы  заметили, что прошло уже 4 часа, а  Иринки  все  нет. Время к трем часам дня подходит. Нам  ведь   еще надо выехать за пределы Москвы. К тому же у    меня засосало в животе. Утром только чай  пили,  обед уже прошел. Маркиз ходил за мной следом  и   лаял на меня-просил есть. Покрутились мы вокруг
велосипедов, а что сделаешь? Где нам свою  подружку искать? Очень жарко, солнце  печет. Стали  с Валентиной на передний багажник корзинки прикреплять. Получилось у нас так. На моем велосипеде на  заднем  багажнике- запчасти, консервы,
одежда, коврики, сверху плетеная ивовая корзина   для Маркиза. Карты и  примус, топорик и  совок  на переднем багажнике. У  Валентины  на  заднем   багажнике- консервы, два больших  одеяла, одежда. На переднем багажнике фляга трехлитровая  с
водой, моток веревки. У Иринки на заднем багажнике палатка, одежда и та часть  продуктов, которая необходима  на  один  день, вроде  хлеба,  овощей и прочее. Двухлитровая канистра с бензином, миниаптечка, бинты, платки, шапочки-на переднем багажнике.
Наладили все до конца и  сели  ждать  Иринку.  Время- четыре часа. Переговариваемся с Валентиной, где могла застрять Иринка. Может в  аварию попала?  Или за какой нибудь чепухой в  очереди  стоит. Это вероятнее. Думаем, что  делать, если
к ночи не успеем выехать из Москвы. Ночевать  в   Москве нам не  улыбается. В  общем, нервничали,     провожали глазами все автобусы на  остановке, а   Иринку заметили, когда она уже дорогу перебежала.
-Привет,  девчонки. Я  подзадержалась? Смотрите,  что я купила.
Смотрим, сумка битком  набита. Хлеб интересный- узкие  белоснежные  батончики, маленькие рыбные    консервы, банка растворимого кофе, три кулинарных шприца для крема, нож с коротеньким  лезвием, из тех, которыми можно и  хлеб  нарезать  и
консервы открыть, три шапочки от солнца с  громадными козырьками и  импортными  этикетками, а   поверх  всего- два килограмма  сосисок. Тоненьких  и нежных. Мы засуетились.
-Молодец, конечно, только тебе все это тащить.
И Валентина снова стала  разглядывать  покупки.  Шприц,  конечно,  вещь. Я  мигом  раскочегарила     примус- есть хотелось невыносимо. А Иринка  довольна, рот  до  ушей. Пока  варились  сосиски,   Иринка отчитывалась перед нами:
-Доехала до Казанского вокзала. Затем в универмаг, потом в привокзальный ресторан-поела,  поом в  привокзальную  парикмахерскую- подстриглась...
Мы с  Валентиной  переглянулись- почувствовали,   что в Иринке  что-то  изменилось, а  понять  не   смогли.
А она заливается:
-Ничего не купила, продуктов нет. Решила  съездить на ВДНХ. Там хоть что-то бывает.
Мы прыснули  и  заулыбались. Впечатление, будто каждую неделю в Москве гостим. Бывает.
А Иринка ничего не замечает:
-Пошла в метро, на кольцевой  пересела. Посмотрела, как ехать. Поехала. Приезжаю-совсем не то   место. Уехала обратно. Снова подождала  поезда,   села, поехала. Опять не туда. И так  три  раза.   Потом женщину  спросила. Она  говорит, что  на   этой станции  поезда  по  номеру  смотрят. Вот,   только с четвертой попытки на ВДНХ попала.
Тут уж я с Валентиной от  души  нахохоталась. В  общем, Иринка на номерах обожглась, самой смешно.
Иринка дальше продолжает:
-Приехала, скорей за билетами. И везде очереди.   За билетами, за водой, за сосисками. А в хозяйственном -глаза разбежались. Такой миксер.  Заглядение.
Посмеялись:
-Что же не купила?
-Да ну вас.
Тут у Иринки пыл погас. В  общем, тоже  вымоталась, да еще сумка тяжелая все  руки  оттянула,    да солнце в глаза.
-Ох, ты!...-Иринка сейчас только увидела  готовые велосипеды,-и все на ходу? Внушительно,  аж   страшно...
Сосиски за  время  разговора прорвали  оболочку  и заблагоухали ароматом. Маркиз с них  глаз  не сводит. Поели, обжигаясь, потом чай вскипятили. Время пять часов вечера.
-Ну, что,  Иринка, отдохнула? Давайте, грузимся  и едем.
Я ловлю Маркиза и сажаю его в корзинку, поводок накоротко привязан  к ручке. Чертов  пес  любит  ездить стоя. Садимся и потихоньку едем по  траве. Я настолько боюсь упасть, что даже не смотрю на девчонок. Они тоже с трудом держат равновесие. Чуть прибавили скорость и поехали по широкой тропинке. Я впереди, потом Иринка, за ней   Валентина. Я самый слабый член экипажа, а Валентина-самый выносливый, ей  и  замыкать. Я  еще   боюсь оглядываться. Едем неторопясь, аккуратно.
Скоро тропинка кончается и мы выезжаем на  край  дороги. Потихоньку напряженность управления велосипедом стала спадать. В отличие  от  пустого   груженный велосипед  очень  устойчивый. У  меня  даже переднее колесо не  рыскает, едет  как  по  ниточке. Я потихоньку привыкаю и  начинаю  сверять дорогу  с  картой. Осторожно  оглядываюсь.  Девчонки улыбаются. Едем уже час. Начинаем  замечать окрестности. Вид-изумительный. В отличие  от темно-зеленого Урала, здесь  все  воздушное,  нежно- зеленое, умопомрачительное  благоухание,  какие-то красивые желтые птички. Карта  в  моей
корзинке на переднем колесе открыта на странице "Ленинские  Горки".  Машин  никаких. Поворот  и  указатель. Вот они, Ленинские Горки. Едем вдоль  статных берез, потом речка с мостом и купающейся визжащей детворой, сам городок, тихий и  ка-
кой-то умиротворенный. Ни машин, ни  народа.  Я  останавливаюсь и выпускаю Маркиза. Он рад  стараться, несется, сломя голову.
Иринка кричит:
-Надежда, тут где-то музей. Заедем?
Я киваю. Крутимся по проулкам и выезжаем  прямо к зданию музея. Он обнесен железной высокой изгородью. Закрыт. Проезжаем сквозь ворота и  направляемся к станции. Милиционер провожает  нас  глазами, но ничего не говорит. Слышу, как Иринка констатирует этот факт:
-Наша милиция нас пропускает.
Валентина  просит  остановиться. Маркиз  к  ней   просится, прыгает на ноги. Я его подзываю и сажаю в корзинку. Его короткие ножки не  успевают   за нашими двухколесными машинами. Нас доканывает жара. Я уже на опыте  знаю, что  первые  три
дня будет  очень  тяжело. Сказывается  перемена  климата. В теле вялость, нет прежней силы. Наши   фуражки хорошо  защищают  лицо, но  уши, боюсь,  сгорят.
Сбоку начинает блестеть река Пахра. У нас  на   ней остановка на ночлег. Дорога все  время идет   рядом с рекой, повторяя ее повороты. Мы уже выехали из Ленинских горок и въезжаем в  деревню.
Первый колодец. Останавливаемся. Валентина  меняет во фляге воду. Теперь это ее забота-что бы  ни случилось, фляга  должна  быть  полной. Наши   обязанности строго разделены и никто не лезет в  дела другого. Поэтому нет и ссор. Такие отношения проверены нами неоднократно.
-Девчата, полейте меня,-просит Иринка.
Мы сгрудили велосипеды, уперев их друг в  дружку. Валентина набирает воду в кружку  и брызгает на Иринку. Та кричит и хохочет. На  футболке  у нее большое мокрое пятно. Смотрю на нашу  веселую подружку. Мы с Валентиной в  рубашках,  а
она так беспечно к солнцу  относится, что  руки  ниже короткого рукава футболки покраснели.
-Иринка! Ну-ка смени футболку на  рубашку, сгоришь,-говорю я.
-Ерунда, жарко,-отмахивается она.
-Смени сейчас же,-уже Валентина сердится и идет  к ее рюкзаку искать рубашку.
-На, одень.
Иринка хорошая девчонка. Неровная по характеру,    но  податливая, не  капризная, мигом  поддержит   шутку и умеет посмеяться  над  собой. Бесценное    качество.
Солнце начинает сползать  вниз. Мы  почему-то   вбили себе в голову, что ночуем у  самой  реки.  Стали искать ночлег и свернули с дороги, залезли в болото. Комаров-реки  не  видно. По  своей   дурости таскали велосипеды по грунтовой дороге,
в конце концов вышли опять на трассу.  В  одном   месте река течет прямо у дороги. Меня хоть  выжимай. И девчонки не лучше. Я решила  охладиться.
-Девчата, сделаем привал?
Опять упираем велосипеды друг  в  дружку,  и  я  спускаюсь по крутому склону к воде.  Река  кое- где заросла  тиной, травой, лягушки  и  пиявки,  какие-то  твари  плавают. Но  страшно  жарко. Я  смотрю наверх. С дороги меня не видать, и я быстро раздеваюсь, бултыхаюсь  с  камня  в  воду,  чтобы не вставать на дно, и выплываю на середину. Так хорошо, что и не описать словами. Долго  кручусь посреди реки. Но вот уже вторая лягушка   сиганула под меня, и я передергиваюсь от отвращения. Скорей на камушек. Все натягиваю на мокрое тело и босиком лезу наверх.Девчонки по моему довольному виду все понимают, и Иринка  вперед Валентины скачет  вниз. Маркиз  с  лаем  за  ней. Вся теплота из меня осталась в речке. Солнца уже нет. Но тепло. У нас  на  Урале  сейчас   надо было бы свитерок  или пиджачок одевать.
Слышу с реки смех, ахи, охи, лай Маркиза. Вот  он заскулил. Ну, все ясно. Полез в воду  девчонок спасать. Я то  тихонько  искупалась, а девчонки шумят. Чтобы не  привлекли  чужого внимания. Но вот выбегает  мокрый  Маркиз. Морда  до
ушей улыбается, сам на мокрую курицу похож. Потом идет Валентина, за ней Иринка. Что-то  молчаливые.
-Хорошо было?
-Просто отлично, но  лягушек...-передергивается    Валентина,-сколько нам еще ехать?
Смотрю карту. Иринка кидается к своему  велосипеду посмотреть  спидометр. Накружило  двадцать   пять километров. Устали. Я подумала, что еще бы  километров пять и мы бы норму выполнили. С другой стороны, даже в седло садиться е  хочется.
-Давайте еще одну деревню проедем и встанем  на   ночевку,-решаю я.
-Давай,-кисло вздыхает Иринка.
Снова едем. Проезжаем деревню, лесок, за леском  поля. Деревни не видно, но слышно собачий  лай.   Едем тихонько, легковушки со свистом  пролетают    мимо. Я смотрю тропинку  или  дорогу  заросшую,   чтобы проехать на велосипеде. Вот как  раз  такая ведет на  поля. Я  съезжаю  на  нее, и  мой  хвост повторяет мои маневры. Я спускаю Маркиза.  Это страховка-людей  пуделюшка  чует  издалека.
Свернули. Встали. Оглядываемся.
-Ничего местечко,-довольна Валентина.
 С одной стороны нас лесок от дороги  закрывает,  с другой пшеничные поля. Резко темнеет. И комары озлобились. Ставим велосипеды, снимаем  рюкзаки.
Иринка походила, покружила и говорит:
-Давайте без палатки. Так темно, что нам ее  не   установить.
Посовещались. А что делать? Ночь, ничего не видно. Черт с ней, с палаткой. Я занялась  примусом и чаем. Валентина с Иринкой расстелили  палатку, коврики, одеяла. В ногах поставили велосипеды. Одели шерстяные костюмы, сверху штурмовки-комары со свету сживают. Эту реку Пахру  мы  будем долго помнить. Первая ночевка на ней. Так  одетыми и спать пошли. На  одно  одеяло  легли,   другим  укрылись. 

Я долго не могла  уснуть. Все  думала о бродячих  собаках. Деревня- то  рядом.  Звезды, ветерок, темнота леса  и  светлое  небо
над полем. Летит сова и  ворочает  головой. Две  утки летят хвост в хвост. С Пахры, наверно.
-Машина остановилась,-шепчет Валентина.
Слушаем. Но скоро заурчал мотор-уехала. Мы  задремали. В общем, сама не помню, как уснула.

https://zen.yandex.ru/media/id/5f8dcf6b5533157d9c85e848/trio-na-kolesah-ili-devchachii-marsh-vtoroi-den-5fa262eefeef0b1a81329052?from=editor

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded