nadiashiba

Categories:

Трио на колесах, или девчачий марш.Четвертый день. Иринка-герой дня.

Первый  проснулся Маркиз. Он вылезает из палатки и писает прямо на мои  босоножки. Вот чертов   пес, все делает  не  вовремя. Ругаю его. Маркиз   кружится около палатки, уткнув нос в траву, потом лает на дорогу. Я  сразу вспоминаю вчерашних    гостей. Оглядываю наше хозяйство. В   сковородке   торчит белый уголок. Смотрю, письмо:
"Доброе утро. Мы едем рано. Прощайте, пани. Вам   наши пожелания. Дончо. Юра."

Уехали, значит. Сковородка грязная, воды нет.
-Маркиз, пошли за водой.
-Надежда, я сейчас схожу,-слышится голос Валентины из палатки,-тебе ведь примус  настраивать.
-А наши гости уехали.
-Как ты узнала,-спросила Валентина, с  неохотой   вылезая из палатки.
-Читай.
-Ну  и хорошо. Смотри, и  адрес  оставили. Вот,  на обороте. Лодзь.По-польски.
-Ну-ка, дай посмотреть. И  правда. Ой, Валентина, везет тебе на парней,-удивляюсь я.
Мне чуть-чуть завидно. Я не могу также свободно  вести себя, как девчонки.
-Подожди, не ходи одна.
-Я с Маркизом,-и Валентина  поманила  за  собой  собачонку.
  У меня такая ясная голова, не описать  словами,  не помню, когда мне  было еще так  хорошо. Усталости никакой. Только уши что-то чешутся. Я  потрогала одно, другое ухо, и у меня в руках  остались лоскутки шкурки.  Сгорели все-таки. Осторожно оборвала лохмотки  кожи,  и  сразу  стало   легче- зуд пропал. Посмотрела в  зеркальце- уши    красные, вареные. Но  что делать? Так и придется   ехать. Такая легкость, что,  кажется,   полетела    бы сейчас. Лесные трели раздаются, шум проснувшейся дороги.  Вылезла из палатки Иринка:
-Надежда, вокруг палатки ночью кто-то ходил.
-Никто не ходил.
-Почему ты не веришь? Я же слышала.
-Надо было разбудить нас.
-Испугалась. Даже в окошко побоялась посмотреть.  В одно кто-то заглянул.
-Ой, Иринка! А ведь ты  права. Только, наверно,  ходили не ночью, а утром,-осенило меня.
-Значит, и ты слышала?- повеселела она.
-Нет.  Но были Дончо с Юрой. Вон их записка. Они    парни тактичные, нас  будить  не  стали, хоть  и   напугали тебя. Где уж тут Маркизу за тобой   угнаться по сторожевой части,-а  сама  думаю, почему собака молчала?
Пришла  Валентина с водой. Напились чаю и  стали  все укладывать. Каждую  тряпочку-на свое  место.  Потом рюкзак надо  затянуть, закрыть   клапаном,   поставить на багажник, привязать к раме, к трубкам  багажника. А мне еще сверху ставить корзину для  Маркиза. Этот  черный   пройдоха  всегда   внимательно следит  за тем, как мы  собираемся.
Когда  все упаковано, он прочесывает место стоянки и если находит что-то  забытое - лает. С утра прохладно, и мы натягиваем штурмовки. Выехали на  дорогу, с честью одолев глубокие  канавы.;
Маркиз бросается на меня,  требует посадить  его  в корзинку. Сажаю собачонку, еще раз   оглядываемся на рюкзаки и поехали. Утром очень  приятно  ехать. Машин  нет. Не  жарко, а  наоборот, передергивает от прохлады. Все кругом  как   умытое,    и сам тоже новенький, чистенький, мышцы еще  неболят, все  как в первый раз. Мы едем и интересные моменты вокруг примечаем. На  кромках  дороги косят траву двое мужчин. Маркиз  вспоминает,  что он  собака, и лает на них так неожиданно для  меня, что я чуть не выпустила  руль из  рук. Косари смеются. Собачонка в корзинке- чем не  комедия. Нас  беспокоит вода. Мы уже сбросили штурмовки, снова едем в рубашках.  Проехали двенадцать километров и решили передохнуть. Забираемся на  крутой склон, бросив велосипеды, и усаживаемся на срубленный столб.  Маркиз  беспокоится о нашем имуществе и челноком  носится  вверх  и
вниз.  Минут через тридцать снова едем. Жара набирает силу, воды на донышке.  Почти всю выпили.    Впереди мост и какая-то деревушка в  стороне. Я    круто останавливаюсь под мостом, так  что  девчонки на меня   разворчались. Валентина  хватает
свою флягу, сливает мне  в   кастрюльку  остаток  воды и уходит с Иринкой на  поиски  колодца. Мы   стараемся по одному никуда не ходить. Места  не  знакомые, мало ли что  может  случиться. Пока  я   борюсь  с  ветром  и  примусом,  останавливается
легковушка и молодые люди спрашивают про какую  то   деревню. Я смотрю на карту-нет этой  деревни. Парни выходят из машины и  тоже водят  пальцем по бумаге, но такого названия нет. Они чертыхаются и  машина уезжает.

Оказывается,  эта деревня была у нас на пути на пятый день  маршрута. Я просто не  сопоставила скорость  машины  и  велосипеда и не   перевернула   страничку  карты  вперед. Появляются девчонки и  докладывают, что  почты  нет, магазинов нет, воды  набрали. Попили     чаю  и снова собрались в  дорогу. Маркиз изнемогает от жары. Сердобольная Иринка находит самый
невзрачный  белый платочек  и  покрывает  голову Маркиза. Пес сразу успокаивается.  Вообще, путешествие с собакой очень накладная  вещь. У  ней свои  потребности, у нас-свои. Проедем минут сорок-Маркиз  скулит. Иринка   кричит, что  платок
Маркизу съехал на нос, и он пытается лапой  его  снять. Через час снова визг-силится вылезти  из   корзинки. Отстегиваю  поводок и Маркиз стремглав  несется под кустик- невтерпеж стало. Еще   через  час снова Иринка кричит. Оглядываюсь. Вот горе   то. Маркизу  захотелось постоять, т.к. в корзине   у него лапы затекают, велосипед  тряхнуло, и пес  повис на поводке. Я хватаю его  за  загривок  и    водворяю в корзинку. Маркиз  напуган, но  через    несколько минут страх   забыт и  он снова, стоя,
балансирует на рюкзаке. И эта  забота  о   нашей   четвероногой скотинке  продолжается все путешествие. К тому же  пуделек попал к  нам  выбракованным из гнезда с себе подобными-клуб  собаководства отказался от него, как  от  бесперспективного. Так что мы  взяли заведомо  неполноценного щенка. У него был длинный хвост, а со  временем выяснилось, что он  криптохор, и  нам  не          ;
суждено  было увидеть настоящий мужской характер    нашего питомца. Но это был  ласковый и умный песик, и мы его любили и баловали.   Я слежу по карте,  когда будет поворот на Серпухов. Мы просто вынуждены заезжать  в   города,  так как пообещали своим родным каждый день  давать телеграммы. А  города не всегда  пропускают   через себя трассу. Вот  и  до  Серпухова   такой
крюк надо делать.

Оборачиваюсь к девчонкам:
-Как доедем до указателя на Серпухов, там свернем и отдохнем.
Валентина   кивает, а  Иринка  что-то  бледненькая. Сегодня утром она не  стала   ничего  есть, одной воды попила, и мы оставили  ей  последнюю    пару   апельсинов. Едем  дальше. Жарко  так, что   мне этого тепла на все лето  хватит. Наконец желанный знак-до поворота на Серпухов-500 метров.    Последнее усилие, и мы у поворота. Спешиваемся.   Отдыхаем 10 минут.  Молчим.    Дорога в этот город нас почти  убила. Во-первых, она  узкая, с  трудом  разъезжаются две машины. Во-вторых, колея песчаная. Даже не  ехать,   а просто везти велосипеды-каторжный  труд. Непрерывный поток  машин в обе  стороны- нам  никак
не вписаться. Мы  протащили   велосипеды  метров    сто, когда Иринка побледнела еще сильней и  сказала, что она не может не только велосипед  тащить, а даже просто  идти. Я осталась с  велосипедами, а Валентина повела Иринку в  лесок.  Потом  мы с ней перетащили велосипеды, уперли  их   друг в дружку,  достали одеяло и уложили Иринку.
Вот черт. Что же делать?  И  что  с  девчонкой?
Я  переглядываюсь с Валентиной, и  она  пожимает плечами. Здесь даже на  ночевку  встать  нельзя.   Мы с Валентиной стали мучить  и  выспрашивать      Иринку:
-Что у тебя болит?
-Ничего не болит.
-Тошнит?
-Ага, и голова кружится.
-А еще что? Слабость?
-Так плохо, отстаньте.
-Пить хочется?
-Ничего не хочется, вредные вы, дайте полежать.
-Съешь апельсин, сейчас почистим.
Валентина  стала уговаривать Иринку лечь на  бок и съесть дольку. А я решила дать  ей  подсоленой   водички. Втолкали это все в нее  и  думаем, что   еще  сделать. Я разобрала Иринкину аптечку и обнаружила шесть больших ампул с   глюкозой. Влили  одну в ложку  и заставили  ее  выпить. Посидели    минут десять, Иринка встала, за желудок держится. Вот  горе. Валентина   ворчит, что  сапожник  без сапог. Иринка медсестра, а саму себя лечить   не знает  как. Я  перерыла  свой  рюкзак, потом   Иринкин  и нашла, что   искала. Облепиховый  кисель. Сварили его  быстренько, и  Иринка  съела  почти весь котелок.Остатки мы разделили с Валентиной и решили часик  полежать. Иринка  уснула, а мы с Валентиной этот час обо всем  проболтали, разве что космических проблем не  обсудили.

Тут   Иринка вроде ожила, встала, ушла от нас подальше. Слышим, ее рвет. Час  от часу не  легче. Теперь уж точно пластом ляжет. Но она вернулась с   улыбочкой, потратила кружку воды, доела  апельсин, потом намекнула, что  возит банку  компота.
Мы ей достали хлеба, открыли компот, нашли   сухарики, и Иринка  плотно  набила  свой  желудок  снедью.  Я была   склонна думать, что Иринка отравилась тушенкой, так как мы мясо  чуть  попробовали, а Иринка капитально  умяла  всю  банку.   Вот почему она  ночью все  слышала- наверное  ей  уже было нехорошо.
Через тридцать  минут Иринка подошла к велосипедам и, не  слушая  уговоров, упрямо   вытащила  свое транспортное средство. Мы  разобрали  свои  велосипеды и  потащили их по песку. Дотащили  до  горки. Машины обдают нас удушливым   газом. Ждем
"окошка" в потоке  машин, и, уловив  кратковременное их  отсутствие, мигом "слетаем" с  горки.   А сзади нетерпеливый  гудок-посторонитесь. Рядом  с дорогой вплотную подошел тротуар, и мы   переходим  на него. Наконец, вот он, Серпухов. Старинные улочки, уютная  почта, молодые девочки  и   подвизавшийся к ним молодой человек. Я с  Валентиной пишу телеграммы, так как Иринка  предпочла свежий воздух.  Потом идем в магазин. Мы  отвыкли ходить пешком и ноги стали как   ходули. В    магазине шаром прокати, ничего нет, кроме завтрака туриста.  Ни молочных, ни колбасы, ни жиров - вообще пусто. Сразу видно, это- не   Подольск,  до Москвы подальше. Взяли газировку, крупу, лапшу и тихонько  поехали  по  городу. Набрели  на  столовую, попробовали пообедать. Фу,  одни рыбьи  котлеты и суп, как свинячье пойло. Только настроение  испортили. Иринка даже запах не перенесла, выскочила оттуда. Поехали  обратно. Нам надо  на трассу. Доехали до того  места, где  перешли  на  тротуар при въезде в город, и встали на  перепутье. Совсем не хочется  окунаться в это  загазованное место. Прямо от нас, параллельно невидимой  для нас трассе, идет улочка. Я подумала  и повела девчонок по ней. Пока  ехали, раза  два  спросила  у встретившихся  жителей, куда  ведет  эта  дорога. Пожимают плечами. Странно. В  Иринкином рюкзаке от тряски что-то  стукает. На этот  звук   оборачиваются  прохожие  и  смотрят  нам   вслед. Но вот пошла  такая  ровная  дорога, что   склянки перестали  греметь. Указатель  утверждает, что впереди пионерский  лагерь. Едем.  Поворот, и вот, пожалуйста, трасса. Она высоко  над   нами. Даже без   велосипеда  не  взобраться. Вот   так. Горку то  обманули... Тут  нас   перегоняет   мотоцикл и лихо мчит по тропинке вдоль  трассы.  Мы-за ним.  Минут  через  двадцать  подъехали  к   озеру, скорее, к карьеру,  полному воды. Над нами- трасса, сверху  вниз  идет  избитая  ногами  и  шинами широкая траншея. Вот  и  весь  секрет,
куда спешил и делся  обогнавший нас мотоцикл. На  наших глазах два лихих мотоциклиста сигают  сверху вниз и исчезают в леске, целые  и  невредимые.

Спешились.  Начали перетаскивать  велосипеды. Я тащу за руль, Валентина с Иринкой   толкают в корму. Закинули все три велосипеда наверх.  Все, мы на   трассе. Девчонки  берут  Маркиза  и  скатываются вниз-купаться. Вокруг   песок, масса
полуголых тел. Сверху вид очень  красив. Многие     машины  встают  на  отдых, и шоферы,  помахивая   трусиками, снуют вверх  и вниз, наслаждаясь  водичкой. Поджидая девчонок, я наблюдаю за  грузовой машиной, которая тянет за канат другую. Неудачный маневр шофера   при  повороте, и  задняя   машина стукается левой скулой в кузов   передней    машины. Водители ругаются, а я  недоумеваю. Работнички,  своротили полкабины...
Появляется Валентина:
-Иди, Надежда, там Иринка тебя ждет. А то скоро  солнышко закатится.
Я  и сама чувствую, что  становится  прохладнее.  Сбегаю вниз, раздеваюсь и  по белому песку иду в воду. Абсолютно теплая, чисто голубая вода. На  верное, небо  отражается. По  берегу  громадные    кряжистые деревья  черным раскоряченным силуэтом  на фоне золотого солнца у горизонта.  Плавала  я   минут десять, пока не устали руки, потом поплыла вдоль  берега и стала высматривать  Иринку.
Вдруг что-то пыхтящее с острыми  когтями силится   на меня взобраться. Я вскочила на ноги. Воды по пояс. А  это Маркиз. Приплыл спасать меня, и решил, что у него лучше получится,  если он на меня сядет. Ох, Иринка. Это  явно  она  натравила   собаку. У  Маркиза зрение никудышное, сам он  бы   не нашел меня.
-Вот ты где. Как ты, нормально?- Увидела я нашу   болящую подружку.
Иринка улыбается:
-Нормально. Маркиз спас тебя?
-Спину поцарапал, чертенок,-и показываю царапины на плече.
Иринка киснет от смеха. Повеселела. А мы  то  с      Валентиной перепугались.
-Идем наверх?-зову я Иринку,-солнышко садится.
-Идем,-вздыхает Иринка.
Мы  забираемся к  Валентине. Потом  долго  сушим   ноги, обтираем  песок,  надеваем  носки. За  это  время солнце спряталось, подул резкий   ветерок.  В мокром белье прохладно.
-Девчата, впереди леса нет, одни  поля. Давайте    метров на сто назад отъедем, пока поставим  палатку, темно будет.
-Поехали, время идет,-заторопилась Иринка.
Быстро  проехали  назад  по  трассе, Свернули  в лес, и скорей начали ставить  палатку. Уже в полной темноте Иринка с фонариком стелила  постели. К ней  забрался мокрый Маркиз и наследил  на   одеяле.
-Ах, ты, недотепа, бестолочь, балда...- разорялась Иринка,-посмотри, во что одеяло превратил,  грязная паршивая собака...
Я ухитрилась в темноте вскипятить чай.
-Иринка, на тебе стакан, пей в  палатке, у  нас  здесь комариное царство.
-А каша?- потребовала Иринка.
-Какая каша, рук не видно.
-Ладно, залезайте.
-Прими примус, он горячий, на документы.
Мы  с Валентиной выпили  чай, установили  велосипеды и привязали их за   колышек  палатки  веревкой. Стоит их потянуть, и палатка  задергается.
-Топорик с совком бери. Да не  отходи, а  то  в  трех соснах заблудишься,-ворчу я на Валентину.
Наконец,  залезаем  в  палатку. Я  согреваюсь  и  слушаю дорогу. Плохо  встали,  утром  нас  будет   видно с трассы. Машины периодически фарами  освещают  нас в палатке сквозь плотную ткань. Маркиз втиснулся между мной и   Иринкой. Я  еще  не
уснула, а он уже  храпит, дергается  во  сне. В    голове прокручивается  прошедший  день. Странно,  столько людей было  вокруг, и ни одного знакомства...Что-то девчонки оплошали.

(Продолжение  следует)

Предыдущая страница

Следующая страница

Начало путешествия Трио на колесах

Продолжение путешествия в Москве

Путешествие первый день

Путешествие второй день

Путешествие третий день

Путешествие четвертый день

Путешествие пятый день.утро.

Путешествие пятый день вечер.

Путешествие шестой день утро

Путешествие шестой день вечер

Путешествие три дня в Туле

Путешествие десятый день утро

Канал Хомо сапиенс

Дружественный канал

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded